Известные люди и их животные

«Я до конца дней буду жалеть, что не выкупил его» — говорил Вячеслав Тихонов. Правда о том, что случилось с псом после съемок «Белого Бима»

На съемочной площадке фильма «Белый Бим Чёрное ухо» каждый день происходило какое-то гастрономическое безумие. Артисты, гримёры и осветители то и дело совали под нос породистому английскому сеттеру то кусок копченой колбасы, то сосиску, то вообще сладкие леденцы. Собака по кличке Стив — киношники быстро переиначили это имя в домашнее «Стёпка» — принимала эти подношения без всякого энтузиазма. Большую часть времени пес лежал у ног штатного кинолога и смотрел на окружающих с щемящей тоской. Настоящий владелец сдал сеттера в аренду на целых полтора года, забрал деньги и пропал из вида.

Вячеслав Тихонов со стороны наблюдал за попытками подкупить животное едой. Ему предстояло сыграть Ивана Ивановича, хозяина Бима, да так достоверно, чтобы зритель с первого кадра поверил в их крепкую связь. Идти проторенным путем и подкармливать пса актер не стал. Он подошел к кинологу и попросил выдать ему длинный поводок.

— Давай, Стёпка, побродим, — сказал Тихонов, пристегивая карабин.
Сеттер оживился, рванул вперед и потащил знаменитого актера прочь от камер. Следующие полчаса они петляли по дворам и закоулкам. Пёс жадно втягивал носом запахи улицы, изучал чужие следы, а Тихонов послушно брел следом. Он дал животному то, чего Стёпке в тот момент не хватало больше всего — свободу, возможность вырваться со съёмочной площадки и поискать своего настоящего хозяина.

На следующее утро, едва появившись на студии, Тихонов снова сказал: «Стёпка, пойдем гулять!». Вскоре сеттер начал сам караулить актера. Завидев его издалека, пес вскакивал, вилял хвостом и всем своим видом требовал новой вылазки. А когда начинались сами съемки, Стёпка носился по всей территории и искал глазами только Тихонова.

Поиски главного героя для картины превратились в головную боль для съемочной группы. В повести Гавриила Троепольского Бим был шотландским сеттером-альбиносом. Найти такую редкость в Советском Союзе, да ещё и с актерскими задатками, оказалось задачей невыполнимой. Решили снимать английского сеттера — он подходил по окрасу. Первого кандидата, которого, по иронии судьбы, тоже звали Бимом, забраковали в первый же съемочный день. Пес млел от жары и постоянно засыпал. Пришлось вернуть его хозяину.

Но вскоре выяснилось, что собаку клонило в сон не просто так. Отечественная кинопленка «Свема» отличалась крайне низкой чувствительностью. Чтобы получить на экране четкое изображение, площадку приходилось буквально заливать слепящим, обжигающим светом. Артисты к такому пеклу привыкли, а вот животных режиссеру Станиславу Ростоцкому стало жаль. Из-за этого он вступил в затяжной конфликт с начальством Киностудии имени Горького. Ростоцкий требовал выделить деньги на покупку дорогой импортной пленки «Кодак», но чиновники настаивали на использовании советской. Начало работы из-за этого откладывалось, и недовольные начальники всё же выделили режиссёру деньги на плёнку.

К этому времени ассистенты Ростоцкого нашли Стива. Владелец купил щенка охотничьей породы, не подумав о том, что такие собаки требуют долгих прогулок и специального ухода. Времени на это у него не было. Он много работал, а всё свободное время отдавал ремонту квартиры. Предложение сдать питомца в аренду съёмочной группе за деньги пришлось хозяину как нельзя кстати.

Обычных прогулок на поводке оказалось недостаточно, чтобы высечь ту самую привязанность между псом и Вячеславом Тихоновым. Кинолог Виктор Сомов подсказал актеру верный ход: влюбить в себя охотничью собаку можно только настоящей охотой. Тихонов начал регулярно выезжать со Степкой в лес. Они часами бродили в поисках дичи и спустя несколько дней таких вылазок действительно полюбили друг друга.

Показательной была одна из самых тяжелых сцен фильма — эпизод, где у Ивана Ивановича случается сердечный приступ и его забирает скорая помощь. В этой сцене от пса требовалось передать самый настоящий, живой страх за жизнь хозяина, бежать за машиной и тоскливо смотреть ей вслед. Режиссер понимал, что заставить животное сыграть эту сцену по команде невозможно. Пришлось прибегнуть к жестокому психологическому трюку.

Перед съемками Тихонова и Степку разлучили на несколько дней. Сеттер, привыкший к совместным прогулкам и лесным вылазкам, начал тосковать по старшему товарищу. Сцену репетировали без главного четвероногого героя. И когда все было готово к команде «Мотор!», Степку выпустили на площадку. Он увидел Тихонова, бросился к нему вне себя от радости, но актера тут же усадили в машину «скорой помощи» и увезли.

Обескураженный пес пережил самое настоящее, неподдельное отчаяние. Он побежал вслед за уезжающим автомобилем. Сцену сняли с одного дубля. Ростоцкий, глядя на отснятый материал, только изумленно качал головой и в шутку спрашивал коллег, не научился ли Степка тайком читать сценарий.

Когда в 1977 году картина вышла на экраны, зрители выходили из кинотеатров со слезами на глазах. Историю преданного пса посмотрели больше двадцати трех миллионов человек. Успешной она стала и вне страны: лента получила главный приз на кинофестивале в Карловых Варах, а год спустя была номинирована на премию «Оскар». Американская публика аплодировала стоя.

Достоверность происходящего на экране сыграла с актерами злую шутку. Валентина Владимирова, блестяще исполнившая роль безымянной злой соседки, погубившей Бима, столкнулась с народной ненавистью. Знакомые и соседи по лестничной клетке перестали с ней здороваться. Люди отказывались приходить на творческие встречи с артисткой. Чтобы доказать, что она не имеет ничего общего со своим экранным персонажем, Владимировой пришлось завести собственную собаку.

Но главная драма развернулась вдали от зрительских глаз. За полтора года съемок настоящий хозяин Стива ни разу не приехал проведать питомца. Его интересовала только арендная плата, за которой он каждый месяц наведывался в бухгалтерию киностудии.

Когда работа над фильмом завершилась, владелец не спешил забирать пса, ссылаясь на то, что он сильно занят. В итоге штатный кинолог киностудии посадил Стива в машину и сам повез его к хозяину. Увидев знакомое лицо, пес обезумел от счастья. Он бросился к хозяину, пытаясь облизать ему лицо, сбил его с ног, прыгал вокруг него от радости. Кинолог со спокойной душой подписал акт передачи животного и уехал.

Он не знал, что за время съемок жизнь владельца круто изменилась: мужчина женился и доделал ремонт в своей квартире. Его жена боялась, что крупная охотничья собака может испортить свежие обои, разорвать в клочья мебель. Уже через пару дней хозяин послушно отвез Стива в питомник на передержку и дал объявление о продаже.

Покупателей на взрослого английского сеттера так и не нашлось. Владелец в питомнике больше не появлялся. А пес из-за предательства отказался от еды, замкнулся и начал угасать. Одним утром работник приюта открыл дверцу вольера для уборки и обнаружил, что Стив не дышит. Собачье сердце не выдержало тоски. Пес лежал на полу, обняв лапами единственную вещь, которую хозяин передал вместе с ним — старую мягкую игрушку.

В Воронеже, родном городе автора повести Гавриила Троепольского, Белому Биму установили памятник. Прохожие каждый день останавливаются рядом, гладят собаку по голове и трут на удачу металлическое ухо, которое от постоянных прикосновений стало золотистым.

Вячеслав Тихонов тяжело переживал эту историю. Годы спустя он давал интервью на своей даче. Артист вспоминал о Стёпке со слезами на глазах. Он искренне жалел, что тогда не настоял, не выкупил и не забрал сеттера к себе.

Тихонов даже не подозревал о том, что законный хозяин, едва получив пса обратно, тут же сдал его на передержку в питомник как ненужную вещь. Знай Вячеслав Васильевич, что пушистого артиста предали и бросили умирать от тоски, он наверняка спас бы своего экранного друга. Но в реальной жизни, к сожалению, счастливый конец для подобных историй — редкость.

https://dzen.ru/a/aeav2Hq-NFk7G0Ig

Народного артиста России Сергея Юрьевича Юрского я застала обеспокоенным: его рыжий любимец по кличке Соусс что-то захандрил. Мне-то показалось, что он выглядит вполне прилично: шерстка блестит, весь такой чистенький, гладенький, похоже доброжелательный — в общем кот из приличной семьи. Однако любящий хозяин заметил что-то неладное во взгляде, в настроении. Правда, Наталья Максимовна Тенякова, народная артистка России (она же — котячья “мама”), сказала, что просто у него сейчас по режиму время сна, потому и нет обычной живости. Впрочем, кот довольно спокойно позировал фотографу, после чего, видимо, устал и пошел прилечь, а мы начали беседу за чашкой чая.

—.Сергей Юрьевич, судя по тому, что у Вас этот кот не первый, Вы любите животных.
— Животных, конечно, люблю, но вообще-то я кошатник.
— А когда в Вас проснулась страсть именно к этим милым существам?
— Да, пожалуй, с детства.
Сергей Юрьевич показывает фотографию, на которой я вижу школьника с двумя кошками. Одна из них – из породы «Египетская мау».
— Что Вы видите в кошках особенного, по сравнению с другими животными?
— Они совершенны. Для меня никогда не существовало проблем породы. Беспородных кошек не бывает — есть только беспородные собаки — метисы, с порчеными кровями: ноги от одной породы, хвост от другой, “фигура” от третьей… У кошек же — всегда все в порядке: нет подобных несоответствий. Иногда мне приходится общаться и с незнакомыми котами (я часто подкармливаю околопомоечных), вижу их в жутком состоянии, но и с фигурой, и с хвостами у них все в порядке…
— Что за личность была Ваша первая кошка?

— Ксюша, которая жила с семьей моих родителей в цирке, была пушистая кошка, обладавшая всеми качествами, которые мне нравятся в этих животных: неприставуча, самостоятельна, порой очень нежна (причем нежность выдавалась в малых количествах и потому была как подарок) и… воровата. Время было военное, продукты очень ценились, а она проявляла такой фантастический изыск, который даже восхищал: уж очень изобретательно она воровала. Когда у нее появились котята, одного мы оставили. А тут пришлось переезжать в Ленинград. Брать двух котов было невозможно. Взяли Усата. К сожалению, он вскоре сбежал и, таким образом, оказался единственным котом-короткожителем.
Мы погоревали, но вскоре возник кот Миша (он, как и все наши животные, тоже был “подобрыш”), который своим поведением смог стать любимцем всех 27 очень разных обитателей нашей коммунальной квартиры.
Он прожил 21 год и умер почти сразу после смерти моей мамы, с которой их связывала большая дружба.
Прошло немного времени, и наш приятель, Миша Данилов, привез в подарок из Эстонии подобранное им у реки жалкое существо с паучьими ножками. Приняла его Наташа, а я, вернувшись с гастролей, увидел, как новый член семьи внедряется в дом. Это и был тот кот, о котором я писал в своей книге и которому посвятил специальную статью, когда он умер.
Осип прожил у нас тоже 21 год, пережив вместе с нами и переезд обратно в Москву, и рождение дочки, появление которой поначалу было для него жуткой трагедией: возникла отчаянная ревность. Кот старался рассмотреть существо, которое отняло у него часть внимания хозяев, подбирался к кроватке дочери, и Наташа, конечно, с тревогой следила за его стремлением к знакомству. Но все кончилось благополучно.
Осип понял, что это хоть и живое существо, но не другое животное, успокоился и стал Даше нянькой: оберегал ее, не отходил ни на шаг, и их совместное бытие сопровождало детство дочери и даже в какой-то степени определило ее характер.
Забавно, но с будущей любимой женой своей — Натальей Теняковой, Сергей Юрский познакомился на съемочной площадке картины «Большая кошачья сказка».

Беседовала Ирина Волкова